Марксистское понимание реальности напрямую влияет на вас, даже если вы его не признаёте

Подобно тому, как законы физики продолжают управлять полётом камня, независимо от того, верит ли в них бросивший его человек, законы общественного развития, вскрытые марксизмом, определяют движение социальной материи вне зависимости от идеологических предпочтений наблюдателей. Антисоветская и антимарксистская риторика, сколь бы эмоциональной и убедительной для обывателя она ни была, не в силах отменить тотальное воздействие этих законов и лишь демонстрирует собственное непонимание реальных механизмов исторического процесса, неспособность подняться над иллюзией собственной независимости.

Основополагающий закон исторического материализма о первичности общественного бытия и вторичности общественного сознания проявляет себя с железной необходимостью в каждую историческую эпоху. Способ производства материальной жизни действительно обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Это вывод, подтверждаемый всем ходом человеческой истории, от первобытных общин до современных мегаполисов. Когда антимарксист в пылу полемики заявляет, что руководствуется в своих поступках исключительно личными убеждениями, моральными принципами или рациональным выбором, он не опровергает марксизм, а лишь демонстрирует, что его сознание является продуктом определённой системы общественных отношений, которую он не способен рефлексировать. Его моральные категории, представления о свободе, справедливости и достоинстве сформированы той самой материальной средой, которую он отрицает как определяющий фактор, подобно рыбе, не замечающей воды, в которой плавает.

Закон классовой борьбы действует с неумолимой силой даже тогда, когда его участники не отдают себе в этом отчёта, а теоретики объявляют его устаревшим. Современный наёмный работник, требующий повышения заработной платы или улучшения условий труда, и капиталист, отстаивающий норму прибыли и конкурентоспособность своего предприятия, объективно воспроизводят классический антагонизм между трудом и капиталом. Их субъективные объяснения своих действий — «борьба за справедливость» с одной стороны и «защита бизнеса и рабочих мест» с другой — не отменяют объективного содержания этого конфликта, коренящегося в самом способе производства. История знает множество примеров, когда правящие классы, упорно игнорируя объективные законы общественного развития и будучи уверенными в незыблемости своего положения, приближали собственный крах, ибо никакая идеологическая обработка не способна отменить действие закона, по которому рано или поздно угнетённые восстают против угнетателей.

Диалектический закон перехода количественных изменений в качественные находит своё наиболее полное подтверждение в периодически сотрясающих капиталистический мир экономических кризисах перепроизводства. Долговременное накопление противоречий в капиталистической экономике — рост социального неравенства, концентрация капитала на одном полюсе и нищеты на другом, падение средней нормы прибыли, разбухание финансовых пузырей — неизбежно приводит к качественному скачку, к системному коллапсу, который воспринимается обывателем и большинством политиков как внезапная и неожиданная катастрофа. Буржуазные экономисты могут отрицать марксистскую теорию кризисов, предлагая поверхностные объяснения, связанные с ошибками в монетарной политике, внешними шоками или психологией рынка, но это не отменяет действия глубинного закона, коренящегося в фундаментальном противоречии между общественным характером производства и частной формой присвоения.

Закон прибавочной стоимости, лежащий в основе капиталистической эксплуатации, продолжает действовать, даже если о нём никогда не слышали ни владелец завода, ни его рабочие. Капиталист, нанимая работника, оплачивает не его труд, а стоимость его рабочей силы, тогда как сам труд создаёт стоимость, превышающую эту оплату. Разница — прибавочная стоимость — присваивается собственником средств производства. Этот механизм, открытый Марксом, работает с точностью часового механизма независимо от того, признают его существование либеральные экономисты или отрицают. Более того, именно погоня за прибавочной стоимостью, за её максимизацией и ускорением оборота, определяет основные тенденции современной экономики: автоматизацию, ведущую к росту безработицы, финансовые спекуляции, высасывающие ресурсы из реального сектора, и глобализацию, позволяющую переносить производство в регионы с наиболее дешёвой рабочей силой.

Закон относительного обнищания пролетариата, часто подвергаемый критике на основе отдельных статистических данных о росте потребления в развитых капиталистических странах, проявляет себя сегодня в новых, более сложных и изощрённых формах. Речь идёт не об абсолютном обнищании, то есть о физическом вымирании от голода, что было характерно для раннего капитализма, а о прогрессирующем относительном обнищании — о неуклонном росте разрыва в доходах, уровне и качестве жизни, доступе к образованию и здравоохранению между классом собственников и классом наёмных работников. Этот разрыв, достигший в современном мире исторического максимума, когда восемьдесят пять богатейших людей планеты владеют состоянием, равным богатству трёх с половиной миллиардов беднейших, является прямым следствием действия закона прибавочной стоимости. Отрицание этого закона не мешает капиталисту извлекать прибавочную стоимость из труда рабочего, равно как отрицание гравитации не мешает камню падать на землю.

Примат общественного бытия над сознанием, один из краеугольных камней марксистской философии, наглядно демонстрируется в масштабах целых исторических эпох. Смена моральных, философских, эстетических и религиозных парадигм всегда следовала за коренными преобразованиями в экономическом базисе общества. Ценности античного полиса, христианская этика средневековья, идеалы Просвещения, современный экологический дискурс и правозащитная риторика — всё это не возникло из чистого духа или божественного откровения, а стало идеологическим выражением определённого уровня развития производительных сил и соответствующих ему производственных отношений. Антисоветчик, критикующий марксизм с позиций либеральных ценностей, сам того не осознавая, является носителем идеологии, порождённой буржуазным способом производства, и его критика есть лишь борьба одной надстройки против другой, не затрагивающая базиса, их породившего.

Закон соответствия производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил с неумолимой силой заявляет о себе в эпоху научно-прогрессивных преобразований. Когда производительные силы перерастают рамки старых производственных отношений, общество неизбежно вступает в полосу качественной ломки, независимо от того, желают этого господствующие классы или нет. Февральская и Октябрьская революции в России были не результатом заговора кучки радикалов или происков иностранных спецслужб, как это пытаются представить современные апологеты царизма, а закономерным и неизбежным разрешением обострившегося до предела противоречия между новыми, обобществлёнными по своему характеру производительными силами и архаичными полуфеодальными производственными отношениями, сковывавшими их развитие. Отрицание этого закона со стороны белогвардейских идеологов не смогло предотвратить тогда и не сможет предотвратить будущие социальные сломы, вызревающие сегодня в недрах загнивающего капитализма.

Таким образом, объективные законы общественного развития, открытые и научно обоснованные марксизмом, продолжают действовать, составляя подлинную основу исторического процесса. Их отрицание со стороны антисоветчиков и антимарксистов любой масти — от либеральных профессоров до правых публицистов — напоминает жалкую попытку отменить закон всемирного тяготения путём принятия соответствующего парламентского акта. Понимание этих законов даёт мощнейшее орудие для сознательного исторического творчества, для ориентации в сложнейших коллизиях современной эпохи, для предвидения грядущих событий и подготовки к ним. Игнорирование же их, упорное нежелание видеть реальные механизмы социальной динамики неизбежно ведёт к политическому банкротству и историческому поражению, каким бы громким и внешне эффектным ни было идеологическое сопровождение этого процесса. Сила и величие марксизма заключаются не в том, чтобы заставить каждого человека мыслить его категориями, а в том, что эти категории адекватно отражают объективную логику социально-экономического развития, существующую и действующую совершенно независимо от воли и сознания людей.

Подписывайтесь на наш журнал, ставьте лайки, комментируйте, читайте другие наши материалы. А также можете связаться с нашей редакцией через Телеграм-бот - https://t.me/foton_editorial_bot