Диамат — это не догма, а скальпель: о методе, который не даёт готовых ответов

В обыденном сознании прочно укоренился образ философа как кабинетного чудака. Сидит, подперев голову рукой, рассуждает о «мировой скорби», о «вечных истинах», о «бытии и небытии». Занятие, может, и возвышенное, но абсолютно бесполезное. Экономисту нужны цифры. Инженеру — формулы. Политику — расклады. А что дает философ? Красивые слова, за которыми ничего не стоит.

Это представление имеет исторические основания. На протяжении тысячелетий философия действительно существовала в форме спекулятивного умозрения. Она пыталась постичь мир, исходя из самой себя, из чистой мысли, и чем дальше — тем больше отрывалась от материальной действительности.

Но марксизм произвел в философии подлинный переворот. Он превратил её из гадательных построений о «сущностях» в строгий научный метод познания и преобразования мира. Не в «ещё одну систему», дающую окончательные ответы на все вопросы, а в инструмент.

Именно об этом перевороте и пойдет речь. Чем марксистская философия отличается от всей предшествующей? Почему диалектический материализм — это не «скучная доктрина», а острейшее оружие классовой борьбы?

Чтобы понять, что сделали Маркс и Энгельс, нужно понять, с чем они работали. Домарксистская философия достигла своего наивысшего развития в системе Гегеля. В этой системе было место всему: природе, истории, праву, искусству, религии. Любое явление можно было объяснить, вписав его в логику саморазвития абсолютной идеи. Гегель первый научно систематизировал диалектику — учение о развитии через противоречия, о переходе количественных изменений в качественные, об отрицании отрицания. Это было колоссальное достижение. Диалектика вскрыла всеобщие формы движения — сначала мысли, а как выяснилось позже, и самой действительности.

Но была проблема. Гегелевская диалектика была заключена в мистифицирующую идеалистическую оболочку. Мир у Гегеля — лишь инобытие идеи. Развитие природы и общества — лишь внешнее проявление самопознания духа. Источник развития помещался не в самом материальном мире, а за его пределами — в абсолютном духе, который, строго говоря, есть просто философски причёсанный бог. Такой подход делал философию принципиально непригодной для практического преобразования действительности. Можно было объяснить всё — но изменить ничего было нельзя. Гегелевская система была одновременно триумфом и исчерпанием возможностей спекулятивного подхода. Дальше идти было некуда. Нужно было не продолжать Гегеля, а преодолеть его.

Маркс и Энгельс сделали именно это. Они не отбросили Гегеля как «бесполезный хлам». Они осуществили диалектическое снятие: сохранили рациональное ядро — диалектический метод, — отбросив идеалистическую шелуху. Гегелевскую диалектику «поставили с головы на ноги». Диалектические законы — не порождение абсолютного духа, а отражение в сознании человека всеобщих законов развития самой материальной действительности. Противоречия существуют не в мышлении, а в самой реальности. Мышление лишь отражает их — более или менее точно.

Этот переворот изменил сам статус философии. Из спекулятивного учения о «первопричинах» и «вечных истинах», конкурирующего с частными науками и пытающегося навязать им свои умозрительные схемы, философия превратилась в научный метод познания и преобразования мира. Диалектический материализм — это не «ещё одна философская система». Это — руководство для исследования. Его сущность не в догматах, заучиваемых наизусть. Его сущность — в методе, в конкретном анализе конкретной ситуации, в выявлении внутренних противоречий изучаемого явления, в понимании его места в системе более широких связей. Именно это принципиальное отличие марксизма от всех спекулятивных построений делает его неуязвимым для критики со стороны тех, кто ищет в философии готовые рецепты. Марксизм не дает рецептов. Он дает метод.

Марксизм утвердил материалистический монизм как общий принцип. Что это значит? Что мир един. Что нет двух субстанций — материальной и идеальной. Есть одна — материя, находящаяся в вечном движении. А сознание — свойство высокоорганизованной материи отражать самоё себя. Из этого монизма следует принципиальное тождество трех вещей, которые домарксистская философия разделяла.

1. Диалектика — учение о всеобщих законах развития материи.
2. Логика — учение о законах развития всякой отдельной подсистемы, всякого конкретного предмета или процесса.
3. Теория познания — учение о деятельности сознания по анализу и преобразованию внешнего мира.

Так вот: в марксизме это одно и то же. Не три разные дисциплины. А одна, рассматриваемая с разных сторон. Законы диалектики действуют и в природе, и в обществе, и в мышлении. Переход количества в качество происходит и в химических реакциях, и в социальных революциях, и в процессе накопления знаний. Отрицание отрицания — и в биологической эволюции, и в смене общественных формаций, и в развитии научных теорий. Это тождество базируется на научном материализме. Потому что если материя едина, если сознание есть свойство материи, то законы движения материи и законы движения мысли не могут быть принципиально различны. Они — одни и те же законы, только проявляющиеся в разных формах.

Теперь — о современности. Почему спекулятивная философия не умерла вместе с Гегелем, а продолжает плодиться? Современные спекулятивные построения — будь то неоевразийство Александра Дугина, цивилизационный подход, геополитические схемы — характеризуются тем же коренным пороком, что и домарксистские системы. Принципиальным отрывом от материальной основы. Возьмем того же Дугина. Он конструирует умозрительные модели истории, политики и общества. У него есть «теллурократия» и «талассократия», «народы моря» и «народы суши», «логос» и «хаос». Завораживает, но всё это — продукты его собственного сознания, выдаваемые за объективную реальность. В его системе можно объяснить всё. Почему Россия воюет с Украиной? Потому что «цивилизация суши» противостоит «цивилизации моря». Почему США — гегемон? Потому что «талассократия» победила «теллурократию». Почему Китай поднимается? Потому что «цивилизация суши» берет реванш. Это очень удобно. Такая система не требует изучения фактов, не требует анализа производственных отношений, не требует классового подхода. Она делает вид, что объясняет всё, но делает это в отрыве от реальности, только в рамках изначально абстрактных построений, выдавая части познаваемого мира за сам этот мир как таковой.

Истинная цель этих построений — не познание. Истинная цель — оправдание заранее заданных политических или мировоззренческих установок, подмена научного анализа националистическими или геополитическими мифами. Спекулятивная философия выполняет прямой социальный заказ. Она направлена на разъединение трудящихся по национальному или культурному признаку. Она отвлекает от подлинных причин эксплуатации и угнетения, коренящихся в самом капиталистическом способе производства.

Дугинские умопостроения претендуют на окончательное знание. Материалистическая диалектика исходит из признания принципиальной незавершимости познания. Любая теория — относительное знание, отражающее объективный мир на данном историческом этапе. Сегодня мы знаем больше, чем Маркс. Завтра будем знать больше, чем сегодня. Это нормально. Это и есть развитие науки.

Философия в марксистском понимании — не надстройка над науками, не «царица наук», диктующая им свою волю. Она — их методологическая основа, учение о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления, которое помогает ученому ориентироваться в его конкретной области и соотноситься с другими областями.

Мы живем в эпоху глубокого кризиса глобальной капиталистической системы — ультраимпериализма. Распад прежней относительно устойчивой структуры мира, бунт национальных буржуазий против диктата транснационального капитала, войны, санкции, распад старых альянсов и появление новых. Всё это порождает острую потребность в идеологических ориентирах. Массы чувствуют: мир меняется. Старые объяснения не работают. Нужны новые. И вот здесь на сцену выходят спекулятивные философы. Они предлагают простые, красивые, эмоционально заряженные схемы. «Цивилизация против цивилизации». «Традиция против модерна». «Восток против Запада». Это легко понять. Это не требует мозговой работы. Это не требует классового анализа. Это можно изложить в пятнадцатиминутном ролике.

Задача марксистов сегодня — не просто «критиковать Дугина». Это бессмысленно, потому что его поле — это поле идеализма и фантазий. На этом поле он непобедим, потому что фантазия всегда может перефантазировать факт. Наша задача — предлагать иной способ мышления. Не спекулятивный, а научный. Не догматический, а диалектический. Не ориентированный на создание законченных систем, а на постоянное развитие и углубление познания через практику.

Критерий истинности любой теории — практика, способность теории адекватно отражать объективную реальность и служить эффективным инструментом ее преобразования. Марксизм прошёл эту проверку. Октябрьская революция, индустриализация, победа над фашизмом, строительство социализма на одной шестой части суши — это не просто «исторические события». Это доказательство того, что метод работает. Что материалистическая диалектика — не «ещё одна философия», а руководство к действию.

Подписывайтесь на наш журнал, ставьте лайки, комментируйте, читайте другие наши материалы. А также можете связаться с нашей редакцией через Телеграм-бот - https://t.me/foton_editorial_bot

ВК группа с анонсами стримов, статей, всего на свете - https://vk.com/tukaton

Смотрите наши стримы и видео здесь - https://www.youtube.com/@foton1917/featured