Идеализм убивает. Как один король случайно доказал правоту Маркса

Вы когда-нибудь видели ремесленника, который берётся собрать двигатель внутреннего сгорания, не зная законов термодинамики? Он будет крутить гайки, лить масло, куда попало, молиться на карбюратор, и в лучшем случае мотор чихнёт и заглохнет. А если ему повезёт и он всё-таки заведётся, первая же нагрузка разнесёт этот агрегат в щепки, потому что ремесленник не понимал, как работают поршни, зачем нужен тепловой зазор и куда уходит энергия. И в худшем случае он погубит и себя, и тех, кто рядом.

Так же по большому счёту устроен и человек, который не изучал философию систематически. Каждый из нас всё равно обладает какой-то системой координат, пусть и собранной на коленке из обрывков школьных уроков, родительских наставлений и мемов из телеграм-каналов. В эту стихийную, кустарную систему мы вписываем каждый новый факт, каждое событие, каждую идею. И если эта система — хлипкая тележка на гнилых колёсах, то рано или поздно реальность её раздавит. И не потому что реальность жестокая, а потому, что наша система мышления не соответствовала законам самой реальности.

Вопрос, который эта система координат решает в самой своей основе, кажется отвлечённым, академическим, чем-то из пыльных университетских коридоров. Но именно он имеет самое прямое кровное отношение к нашей жизни, к нашей борьбе, к тому, сможем ли мы когда-нибудь построить человеческое общество или так и останемся вечными пленниками лабиринта собственных иллюзий. Этот вопрос: что первично? Материя, существующая независимо от нашего сознания, или сознание, творящее мир по своему образу и подобию? От выбора ответа зависит всё.

Исторически идеализм — то есть убеждение, что сознание, дух, идея первичны, а материя вторична — был первой попыткой человечества не просто испугаться темноты, а осмыслить её. Когда первобытный охотник не мог объяснить, почему гремит гром, почему умирают дети и откуда берётся огонь, он придумывал богов и духов. Это была первая, пусть и ложная, теория. Она давала иллюзию понимания: гром — это бог сердится, засуха — мы недостаточно хорошо задобрили духов. И иллюзию контроля, мол, если принести жертву, бог сменит гнев на милость. В условиях тотального господства непознанных сил природы, при примитивном уровне развития производительных сил, эта идеалистическая конструкция выполняла жизненно важную функцию — она позволяла хоть как-то ориентироваться в мире.

Но наука, производство, материальное могущество человечества росли. Человек переставал быть рабом природы и становился её преобразователем. И по мере того, как мы научились предсказывать погоду, лечить болезни, строить плотины и запускать спутники, необходимость в этих древних сказках отпадала. Материалистическое понимание мира, основанное на эксперименте, наблюдении, доказательстве, методично разоблачало идеалистические мифы. Сначала религия отступила в область «первотолчка». Бог из творца, лично лепящего Адама из глины, превратился в Бога-Часовщика, который запустил механизм Вселенной и самоустранился. Но затем и эта позиция рухнула. Наука показала, что для объяснения развития материи никакой внешней «часовщик» не требуется. Материя развивается сама из себя, по своим внутренним объективным законам.

Апогеем этого процесса стал диалектический материализм. Он не просто констатировал банальную истину «материя первична». Он вскрыл законы развития самой материи — законы перехода количества в качество, единства и борьбы противоположностей, отрицания отрицания. Он показал, что сознание — это не какой-то призрак, вселившийся в тело, а свойство высокоорганизованной материи отражать саму себя. И, что самое важное для нас, он применил этот метод к обществу, создав исторический материализм — науку о том, как люди, производя свою материальную жизнь, неизбежно вступают в отношения, которые определяют всё остальное: их идеи, законы, политику, религию.

Казалось бы, путь пройден. Компас в руках. Можно идти дальше. Но правящие классы, чьё господство зиждется на эксплуатации, никогда не откажутся от идеализма добровольно. Потому что идеализм для них — это идеологическое оружие. Это способ заставить вас видеть мир не таким, какой он есть, а таким, какой выгоден им. После исторической победы социализма в СССР, после триумфа научного мировоззрения, когда первый в мире строй, базирующийся на материалистической науке, доказал свою жизнеспособность, — буржуазия испытала настоящий шок. И когда Советский Союз пал, это было не просто крушение государства. Это было освобождение от самого страшного для капитала конкурента — от системы, которая доказывала, что можно жить без эксплуатации, без частной собственности на средства производства, руководствуясь научным пониманием истории.

И началось контрнаступление мракобесия во всех его формах. Современный ультраимпериализм — эта высшая стадия глобального господства транснационального капитала — есть одновременно и царство тотального идеализма. Почему? Да потому что признать материалистическую истину — значит признать объективный характер капиталистических производственных отношений, основанных на присвоении прибавочной стоимости. Значит увидеть антагонистическое противоречие между трудом и капиталом. Значит понять историческую обреченность системы, которая паразитирует на теле человечества, превращая природу в помойку, а человека — в придаток машины. Этого признания хищники допустиить не могут. Не потому что они злые, а потому что само их существование зависит от того, будете ли вы и дальше верить в иллюзии. И их идеологический аппарат — эта гигантская машина по производству иллюзий — работает на полную мощность.

Посмотрите вокруг. Вам предлагают суррогаты под разными упаковками:

— Религиозный фундаментализм: «Не ищи причину в экономике, ищи её в грехе. Не борись с эксплуатацией, молись».
— Националистический угар: «Твои проблемы не в том, что капиталист вывозит прибыль в офшор, а в том, что мигрант приехал работать на стройку. Ненавидь соседа по несчастью, а не того, кто нанимает вас обоих».
— Постмодернистский релятивизм: «Нет никакой объективной истины, есть только “нарративы”. Марксизм — это просто один из нарративов, наравне с астрологией или фашизмом. Выбирай любой, лишь бы тебе было комфортно».
— Либеральный культ «прав человека», оторванный от материальных условий: «Ты свободен, ты можешь голосовать за двух одинаковых кандидатов, ты можешь купить любую вещь в кредит. А то, что ты не имеешь собственности и живёшь от зарплаты до зарплаты — это твой личный выбор, твоя “неуспешность”».

Все эти формы идеализма выполняют одну и ту же функцию: они подменяют анализ конкретных материальных противоречий пустыми разговорами о «столкновении цивилизаций», «вечных ценностях», «духовном выборе» или «индивидуальной идентичности». Они заставляют рабочего ненавидеть мигранта, а не капиталиста, который нанимает того мигранта, чтобы сбить зарплату коренному жителю. Они убеждают обнищавшего фермера в Айове винить в своих бедах не транснациональный агрохолдинг, разрушивший локальный рынок, а «безбожных либералов» из Вашингтона или «враждебные державы». Идеализм убивает способность к познанию в самом зародыше. И чтобы это стало совсем наглядно, давайте вспомним один жестокий, но очень поучительный эксперимент. Не в пробирке, а в жизни.

Король Фридрих II, император Священной Римской империи, жил в XIII веке. Он был человеком образованным, любознательным и, как многие средневековые властители, одержим идеей. Он хотел узнать, на каком языке говорят люди, если их никто не учил? Какой язык «врождённый»? Еврейский? Греческий? Латынь? Арабский? Может быть, тот самый «ангельский язык», на котором говорили в Раю?

И он приказал провести эксперимент. Взяли несколько младенцев. Им не позволяли слышать человеческую речь. Кормили, ухаживали, но не разговаривали, не ласкали, не общались. Фридрих верил, что в сознании этих детей, изолированных от материального общения, сами собой, по воле божьей, родятся священные слова. Вы знаете, чем это кончилось? Никакого «ангельского языка» не родилось. Дети, лишённые человеческого контакта, лишённые взаимодействия с другими людьми, не заговорили. Они не смогли развиться как личности и погибли.

Этот опыт — идеальная аллегория всего идеалистического подхода. Потому что сознание — это не нечто данное свыше и не нечто существующее само по себе. Оно есть продукт высокоорганизованной материи — мозга. Но мозг, даже самый совершенный, сам по себе — просто биологический компьютер без операционной системы. Он формируется и развивается только через активное, материальное взаимодействие с внешним миром: через труд, общение, практику. Лишите человека этой материальной связи — и сознание, которое вы пытаетесь вознести на пьедестал, останется пустым, а человек перестанет быть человеком. Фридрих II, сам того не желая, жестоко подтвердил правоту материализма: первична материя, а сознание — её продукт и отражение, которое не может существовать в вакууме.

Что же противопоставляет этому идеалистическому мороку марксизм? Материалистическая диалектика — это не набор заклинаний и не собрание цитат классиков. Это метод. Скальпель, который позволяет вскрыть реальность, добраться до её сути, не повредив живого. И начинается он не с абстрактных рассуждений о «справедливости» или «свободе». Он начинается с трезвого беспощадного анализа конкретной материальной действительности.

Диалектика смотрит на общество не как на собрание индивидов, движимых возвышенными или низменными идеями. Она видит в нём исторически сложившуюся систему производства и воспроизводства материальной жизни. И корни идей, законов, политических институтов она ищет не в «народном духе» и не в «божественном провидении», а в способе производства. В отношениях собственности. В столкновении материальных интересов больших групп людей — классов.

Диалектика учит нас видеть мир не как собрание готовых, застывших вещей. «Капитализм» — это не табличка, которую можно повесить на дверь и успокоиться. Это процесс. Процесс, в котором всё течёт, всё изменяется, где империализм вчерашний превращается в ультраимпериализм сегодняшний, где частная собственность подменяется «жизнью на подписке», а классовая борьба принимает формы, о которых Маркс мог только догадываться. И источником этого постоянного, мучительного, противоречивого развития являются внутренние антагонизмы, которые этот метод позволяет нам вскрыть.

И вот теперь — самое главное. Выбор между материализмом и идеализмом сегодня — это не академический спор. Это не вопрос личной веры, который можно решить голосованием или ссылками на авторитеты. Это вопрос дальнейшего развития. Тот, кто цепляется за идеалистические схемы — будь то рядовой обыватель, запуганный телевизором, или высокооплачиваемый интеллектуал, сознательно обслуживающий систему, — объективно становится агентом капитала. Пусть и невольным. Он помогает удерживать массы в плену иллюзий, мешает им увидеть реальные пружины, управляющие их жизнью, заставляет их искать спасения в вере, в национальной исключительности, в покорности «традиции», но не в классовой солидарности и не в научном понимании законов истории.

Напротив, овладение материалистической диалектикой — это освобождение. Это инструмент, который позволяет отличить сущность от видимости, причину от следствия. Прогрессивное движение от регресса. Этот метод позволяет нам не только объяснить мир, что само по себе уже немало, но и указать точку приложения силы для его преобразования.

Мы живём в эпоху, когда ультраимпериализм строит свой «коммунизм» — комфорт для избранных и диктатуру для остальных, завёрнутую в яркую упаковку цифрового концлагеря, где нейросети знают о тебе больше, чем ты сам, а каждый твой шаг превращается в товар. В этих условиях идеализм — это не просто глупость. Это предательство собственного будущего. Наша задача, задача марксистов-практиков, — настойчиво, терпеливо, но беспощадно разоблачать эту ложь. Не впадая в уныние, не требуя мгновенных побед, но делая свою работу. Вооружать трудящихся единственным надёжным компасом в бурном море социальных бурь — методом диалектического материализма. Пока сознание людей затуманено идеалистическим мороком, они будут искать спасения в фантомах. Но как только этот морок рассеется — а он обязательно рассеется, потому что реальность всё равно пробивает себе дорогу, — перед ними откроется перспектива сознательного созидания своей истории.

Только сломав прокрустово ложе идеалистических догм, человеческое мышление сможет, наконец, расправить плечи. И тогда мы перестанем быть заложниками чужих иллюзий и станем хозяевами своей судьбы.

Подписывайтесь на наш журнал, ставьте лайки, комментируйте, читайте другие наши материалы. А также можете связаться с нашей редакцией через Телеграм-бот - https://t.me/foton_editorial_bot

Смотрите наши стримы и видео здесь - https://www.youtube.com/@foton1917/featured